Россия, г.Москва

Феномен демиургов в культуре властителей - Нового Времени

23.08.2019

Феномен демиургов в культуре властителей - Нового Времени

Статья посвящена вопросу об уникальном опыте культурного проектирования, связанном с именами трех европейских монархов Нового времени - Людовика Х1У, Петра 1 и Людвига11. В рамках культурологического подхода рассмотрены мотивационный и деятельностный аспекты феномена властителей-демиургов, благодаря которым произошли позитивные изменения в культурном ландшафте Франции, России и Баварии.

Ключевые слова: субъект культуры, демиург, мотивация, культурный ландшафт, культурный проект.

The article is devoted to a question of the unique experience of cultural design connected with names of three European sovereigns of New time - Louis ХIV, Peter I and Lyudvig II. Within a culturological approach are considered motivational, reformative and creative aspects of a phenomenon of masters demiurges, thanks to which there were positive changes in a cultural landscape of France, Russia and Bavaria.

Keywords: subject of culture, demiurge, cultural project, motivation, cultural landscape

История мировой культуры представляет собой одновременно, как формирование ценностного фонда идей, традиций, художественных произведений и технологий, так и память об именах великих людей, благодаря которым изменяется «культурный ландшафт» каждой страны и возрастает ее духовно-творческий потенциал.

Традиционно память многих людей обращается, в основном, к именам и текстам выдающихся деятелей культуры, оказавших огромное позитивное влияние на различные сферы культурной реальности. Именно за ними закрепляется статус яркой творческой личности и неповторимой индивидуальности. Между тем, как свидетельствуют многочисленные факты истории, фактический «круг» субъектов культурного развития гораздо шире и разнообразнее. Ряд культурных событий, явлений и достижений непосредственно связан с творческой инициативой и подвижничеством тех политических фигур и властителей человеческих судеб, которые внесли бесценный вклад в обновление и обогащение национальной культуры. Каким бы ни было их наследие в политической истории своих стран, в истории культуры в целом, и ее эстетической сфере в частности, они мощно проявили себя не только ценителями прекрасного, но и авторами уникальных культурных проектов. И в этом состоит суть их «возвышенного» отличия от множества государственных мужей в истории человечества.

Именно поэтому правомерно определить плодотворно проявивших себя в сфере образования и искусства представителей абсолютизма как демиургов, связывая смысл данного термина с семантикой понятия «культурный герой»; при этом, однако, имеется в виду культурологический дискурс, а не мифологическая традиция. В качестве ярких образцов демиургов Нового времени в статье рассматриваются три монарха: Людовик Х1У (1643-1715), Петр1 (1672-1725) и Людвиг 11 Баварский (1845-1886). Нетрудно заметить, что первый из властителей-демиургов жил в начале Нового времени, в эпоху сопряженности двух культурных систем – барокко и классицизма, второй – в пространстве смены ХУ11 века ХУ111 и утверждения просветительской модели социального прогресса и культуры, а третий застал период завершения эйфории от оптимистического проекта модерна, основанного на апологии разума и девиза «знание – сила».

Трех монархов, разделенных тремя столетиями и разными типами культурных систем, объединяет их статус демиургов как вдохновителей и соавторов создания культурных объектов непреходящей ценности, а также новых форм в искусстве Нового времени, ставших уже «при жизни» шедеврами мировой культуры. Яркие памятники французского «экспортного» барокко «солнечного» Людовика Х1У, новая «сказочная» и мистическая готика и «баварское» барокко Людвига 11, «русское» барокко Петра Великого на долгие века создали славу своим «творчески наполненным» коронованным правителям, наряду с плодотворными гениальными творцами, художниками, ваятелями, искусными мастерами и талантливыми ремесленниками, обеспеченными высочайшим покровительством, опекой и поощрением.

Отношение к культуре каждого из европейских монархов не сводилось исключительно к ценностным пристрастиям и потребности в эстетическом наслаждении: оно носило реформаторско-преобразующий, т.е. конструктивный характер. В этом смысле можно утверждать, что их культурные начинания и стиль жизни в значительной мере совпадают с «инструкциями» итальянского политика, мыслителя и драматурга Макиавелли, который создал, как известно, трактат на тему «образцового» правителя. Согласно ему, «государь, должен выказывать себя покровителем дарований, привечать одаренных людей, оказывать почет тем, кто отличился в каком-либо ремесле или искусстве». [ 4. 137]. И эти люди, все вместе, подарили миру новые «возвеличенные пространства» великолепия, роскоши и вкуса; пространства человеческого гения и таланта.

Одно из убедительных свидетельств гуманистической значимости вклада правителя-демиурга в развитие и обогащение культуры – опыт культурного проектирования в контексте идей и стилистики барокко. По справедливому суждению П. Муранова, «барокко - это целая эпоха в истории нравов, понятий и отношений, феномен не только эстетический, но и психологический. У барокко были не только свои церкви и дворцы, у него были свои люди, своя жизнь. Они не менее живописны, чем его архитектура. Повсюду слишком пышное воображение, одинаково волнующие архитектурные линии и человеческие биографии». [ 7, 105.]. Исходя из этого высказывания, мы и обратимся к наиболее ярким образцам материализации в «формах культуры» как идеи абсолютизма, так и принципов барокко.

В жизни Людовика Х1У Версаль является, возможно, самой значительной любовью, если не сказать страстью. Своему дому, как к своей «половине» он будет предан на протяжении всей своей долгой жизни и царствования. Великолепный Версаль Людовика Х1У, Жана-Батиста Кольбера, Луи-Лево, Жюля- Ардуэна Мансара, Ленотра и Лебрена - начало всех больших и малых «версалей» в мире, любимое детище короля, строившийся на протяжении более 30 лет, сразу обрел свою неповторимую величественность и впечатляющее свойство – оказывать головокружительное впечатление на современников, и как показала история, на будущие поколения. Версаль навсегда величаво вступил в историю искусства, определив новые термины, такие как: «версальский стиль», «версальская модель», «версальский пример», и наконец, термин «стиль Людовика Х1У». «Король, имея намерение показать потомству величие своего царствования, украшает дома свои и привлекает в королевство свое многих великих людей, благодеяниями, которыми осыпает искусных мастеров» - писал в своих «свидетельствах» Андре Фелибьен, секретарь Академии архитектуры. [ 1, 131.]

Гегемония абсолютистской Франции в Европе, военные победы в компаниях первой половины царствования, территориальные приобретения, величие государства и монарха, их престиж приобретают реальную демонстрацию в самом государстве, воплощаясь в расцвете архитектуры, искусства и художественного творчества. «Людовик Х1У увлечен архитектурой и парковым искусством. Интерес к ним и желание заняться их разработкой вызваны мыслью о том, что эти долговечные памятники искусства могут служить идеальными образцами королевского величия». [8, 106.] Король строит и украшает Версаль, превращая её в новую столицу Франции, монументальное и величественное следствие политического веса и культурного влияния страны. Не забыт и Париж, где французский стиль представляется новыми сооружениями. Лувр приобретает свою помпезную колоннаду, строится Обсерватория, арки Сен-Дени, Сен-Мартен, Мансар возводит собор Инвалидов, Ленотр прокладывает Елисейские поля. Лучи «французского солнца» пробиваются сквозь границы государств и светят во всей Европе, активизируя потребность в изменении культурного ландшафта и облика столичных центров.

Правда, ценностные установки и реформаторская деятельность русского царя (позднее императора) Петра 1 соотносились не с французским, а голландским опытом градостроительства и эстетизации среды. Ему так нравились обустройство и архитектура городов Голландии, что свою имперскую новую столицу он представлял похожей на Амстердам. «Петр замыслил её, как улучшенный вариант любимой им Голландии, как идеальный город, основанный на принципах целесообразности, строгости и простоты». [6. 251] ».

Тем не менее, в качестве главного архитектора столицы он приглашает ученика Ленотра, Жана-Батиста Леблона, который и положил в основу города трехлучевой «версальский» принцип, и успел нарисовать парк и сады Петергофа. Также, свою парадную резиденцию, «которая первейшим монархам приличествует» Петр пожелал строить «наподобие версалии». Царь находился с визитом во Франции в 1715г. и останавливался в Трианоне.

К началу 18 -ого века уже многие монархи Европы «обзавелись» собственными «версалями». Но, все эти многочисленные варианты, подражания, полукопии, тем не менее, были и есть особенными, так как, разумеется, возводились амбициозными правителями, зачастую в стратегических политических целях и в пространстве особенностей ландшафта местности, климата и природы страны.

В соответствии со стратегическим и культурным замыслом Петра 1 построить город «на берегу пустынных волн», чтобы «в Европу прорубить окно» состоялось рождение новой столицы – Санкт-Петербурга. Возведение городских построек, домов, общественных зданий, площадей, дворцов и особняков – стали неотъемлемой частью петровских реформ, модернизации образа жизни и европеизации русского государства. Новая столица российской империи, ее статус и эстетический облик – еще одно подтверждение того, что успешное осуществление культурного проекта остается на долгое время общезначимой ценностью.
Новая столица вначале «славных дел» была, как «построенная на болоте театральная декорация Империи, стилизованная под западноевропейский город (во всяком случае под то поверхностное представление о Европе – «проездом из окна кареты», - которое было характерно для русского общества), но на самом деле весьма далекая по своему градостроительному и социально-функциональному устроению от подлинных западноевропейских городов» [10. 565]. Автор и вдохновитель идеи создания столицы европейского образца, так и не успел увидеть город в своем позднем великолепии. Также Великий Петр не дожил и до шедевров дворцово-паркового искусства в предместьях Санкт-Петербурга. Однако за два года до смерти российский император открыл созданную по его проекту загородную резиденцию, названную Петергофом (дословно – «двор Петра). Этот изумительный ансамбль с его фонтанами, гротами, аллеями, соединен с Балтийским морем, как его версальский прототип с Большим каналом. Действительно, Петергоф, над которым работали архитекторы А. Шлютер, Леблон, Микетти, М.Земцов, имел перед Версалем большое преимущество – море. Эта особенность позволила Петру 1 пожелать французскому королю «…иметь такой же вид, как здесь, где с одной стороны открывается море с Кроншлотом, с другой виден Петербург». [6, 232]. И, тем не менее, на торжественном открытии дворца в 1723г, все иностранные послы окрестили Петергоф – «новым Версалем».

Но величавым и пышным «русским Версалем» дворец стал позже, при Елизавете Петровне, которая позиционировала себя, как продолжательница дела Петрова. Елизавету I, конечно же, сложно назвать культурным героем, но в истории Петергофского дворца, Царскосельского дворца и многих других, не менее значимых проектов и обустройств, её имя обязательно, и достойно упоминания.

После перестройки и расширения, Большой Петергофский дворец Франческо Бартоломео Растрелли и Елизаветы Петровны Романовой, оставаясь в близком родстве с дворцом короля-солнце, становится неповторимым роскошным памятником величия, силы и достоинства российской империи. Поэтому трудно не согласиться с русским художником Александром Бенуа, который, будучи пылким поклонником Версаля как прекрасного места уединения, раздумий и творческого вдохновения, отметил: «Среди сказочных дворцов Версаля, Аранхуэца, Казерты, Шенбрунна, Потсдама, Петергоф занимает совершенно особое место. Петергоф, как бы родился из пены морской, как бы вызван к жизни велением могучего морского царя, Версаль царит над землей….фонтаны в Версале изящное украшение, без которого можно обойтись. Петергоф резиденция царя морей. Фонтаны в Петергофе не придаток, а главное. Они являются символическим выражением водного царства…» [ 7, 106.].

Общим моментом культурных инициатив и использования властного ресурса для их реализации у Людовика Х1У и Петра 1 является идея державности и абсолютизма, которую они последовательно и достаточно жестко проводили как в социально-политической сфере, так и в области национальной культуры. Иной в возникновении и осуществлении культурных проектов была мотивация баварского короля Людвига 11: она носила, в основном, экзистенциальный характер.

«Сказочный» король Баварии, Людвиг 11, истинный герой – демиург, не понятый многими современниками монарх с трагической судьбой, оставил человечеству удивительные постройки, сопряженные с «загадкой» его личности, сложностью внутреннего мира. Душевные смятения короля, эмоциональные переживания, вызванные теми политическими реалиями Западной Европы и разнообразными проявлениями десакрализации власти монархов, которые не совпадали с принципами короля Баварии, - все это подтолкнуло Людвига 11 к бегству от реальности. Огромную роль в жизни короля также сыграли дружба с Рихардом Вагнером и последующее неприятие великого композитора-реформатора его подданными.
«Людвигу казалось, что именно он не сумел «сохранить» и «отстоять» Вагнера. А значит, отныне непонятый и отвергнутый подданными король будет в одиночестве служить великому Искусству, словно Парсифаль и Лоэнгрин – Чаше Грааля. Только сначала воздвигнет свой храм». [ 2, 153.]

Расставшись с композитором, а заодно и с Мюнхеном, баварский король всецело посвящает себя созданию новых резиденций - произведений архитектуры, и скрывается в своих чудных, готовых или недостроенных замках и дворцах. «Уникальность Людвига в том, что он искал рай не только в своем прошлом, но и в прошлом других людей, и его можно было воссоздать, примерив на себя. Есть великое прошлое, где торжествуют идеалы рыцарства, - мифическое, но для Людвига вполне реальное время Лоэнгрена, Тристана, Парсифиля – героев Вагнеровских опер. И есть прошлое, где побеждают идеалы абсолютной монархии, вполне реальная историческая эпоха других Людвигов, французских Людовиков. Рай – место, где король-рыцарь – творец красоты наряду с великим художником или композитором, но еще и наделен властью защищать красоту, и покровительствовать её создателям» [5. 199].

И действительно, после посещения Версаля, король решительно и последовательно приступает к созданию красоты, и оставляет после себя сказочные Нойшванштайн, Линдерхоф и свой, незаконченный, печально-торжественный – Херренхимзее, задуманный им, как точная копия версальского дворца и парка, дворца, который стал бы в Баварии символом величия и незыблемости королевской власти, ниспосланной Богом народам.

Таким образом, краткий «экскурс» в историю оригинальных культурных проектов и творческих инициатив трех монархов позволяет заострить внимание на следующих моментах культурологической значимости. В свои дворцы и столицы Людовик Х1У, Петр 1 и Людвиг 11 вкладывали не только свое «я»: каждый из этих реализованных культурных проектов представляет собой важный семантический текст. Это не просто сооружения, «жилища» монарха, а «знаковые» объекты, связывающие друг с другом не только культурно-исторические эпохи, но и поколения. В определенной степени «опредмеченные» замыслы каждого из монархов-демиургов стали своеобразными посланиями потомкам, живущим совсем в других реалиях.

Полисемантика реализованных проектов властителей-демиургов трех столетий до сих пор является объектом изучения. С этой точки зрения интересно глубокое умозаключение Г. Кнабе. «Во-первых, никакое создание культуры и искусства не исчерпывается содержанием, вложенным в него автором. В нем всегда обнаруживается гораздо больше, чем мы думаем и знаем, - отмечает ученый. - Во-вторых текст откликается на восприятия, не связанные с авторским замыслом, и в ходе таких восприятий деконструируется. Текст живет и длится, никогда не кончен и всегда открыт в будущее. В третьих, выходя за рамки произведения как такового, семиотические приемы истолкования оказываются двойственными». [3.59.]. Знаковость созданных «по инициативе свыше» в ХУ11, ХУ111 и Х1Х веках величественных памятников культуры – Версаля, Петергофа, Нойшванштайна и Херренхимзее - обладает основным свойством, по определению Кнабе: свойством «единства в нем объективной картины мира и личного её переживания, а следовательно, неисчерпанностью общезначимой рациональной логики». [3, 42.].

По сути, история Версаля как едва ли не первого опыта культурного проектирования и достояния мировой культуры продолжается и в наши дни. При всей хаотичности социально-культурных явлений тяга к инноватике и к совершенству не исчерпала себя до конца. Даже в контексте постмодернизма сохраняет свою актуальность мысль Л.Н. Толстого о том, что «искусство – одно из средств различения доброго и злого; оно есть высочайшее проявление могущества в человеке». [ 9, 45]. Именно поэтому искусство как «самосознание культуры» (Каган) и художественный фактор гуманизации жизни и в наше время нуждается в тех властителях-демиургах, внесших значительный вклад в развитие культуры Нового времени.

Список использованной литературы.

  1. Дасса Ф. «Барокко». Москва. «АСТ», «Астрель». 2004г.
  2. Залесская М. «Замки Баварского короля». Москва. «Вече». 2009г.
  3. Кнабе Г. «Семиотика культуры». Москва. «РГГУ». 2005г.
  4. Макиавелли Н. «Государь». Москва. «АСТ», «Астрель». 2010г
  5. Малецкий Ю. «Замки и дворцы». Москва. «Мир энциклопедий Аванта+», «Астрель». 2007г.
  6. Низовский А.Ю. «Наследие Нового Времени». Москва. «Вече». 2002г.
  7. Овсянников Ю. «Ф-Б. Растрелли». Ленинград. «Искусство». 1982г.
  8. Птифис Ж-К. «Людовик 14. Слава и испытания». Санкт-Петербург. «Евразия» . 2008г.
  9. Толстой Л. Н. «Высказывания, афоризмы». Москва. «Рипол Классик» 2009г.
  10. Флиер А.Я. «Культурология для культурологов». Москва. «Согласие». 2010г.

Карапетян Эмиль Суренович.
Karapetyan Emile Surenovich
Аспирант 3 курса Государственного академического университета гуманитарных наук. Г. Москва.
Окончил Армянский педагогический институт, факультет культуры, специальность кинорежиссер.
Режиссер – постановщик концертных программ, массовых зрелищ и празднеств, театрализованных представлений. Режиссер кино и ТВ. Актер, исполнитель.

Контакты:
89250944541
emilkarat@mail.ru
г. Москва. 123007. Хорошевское шоссе – 22, кв.173.


Возврат к списку статей